Если меню слева не видно, выйдите на главную страницу

 

Эзотерика vs наука: вечная битва

 

Когда-то, когда мой сайт только появился в сети, мне очень любили писать христиане формата воинствующих миссионеров и носителей истины. Они рассказывали мне много плохого, в приказном порядке говорили, что нужно делать и как жить, руководствуясь тем, что это записано в их священной книге. Мои доводы не помогали; потом я повзрослела и поняла, что разговаривать не надо вообще.

Каждый раз, когда я вижу столкновение эзотериков с людьми от науки, я наблюдаю то же самое (иногда с обеих сторон, иногда – с одной). Одна группа говорит плохо про другую… а потом кто-то из «потерпевших» приходит доказывать, и это выглядит примерно так же, как и религиозные письма счастья.

Обычно обижаются эзотерики всех мастей, потому что им хочется признания и единения миров с симпатичными людьми, которые нравятся в целом и, похоже, умны, но иначе смотрят на жизнь. Когда читаешь человека в сети, кажется, что ты немного с ним знаком, почти родственник, и забываешь, что это посторонний человек, который совсем не обязан оправдать ожидания, и когда идеальный образ рушится, люди пытаются человека переубедить и перетянуть на свою сторону. Еще часто включается страх, что тебя вот-вот запретят как недоказанное явление (хотя никто тебя не запретит). Кому-то нужно подтвердить свою веру: чем больше неуверенность, тем страшнее, что чужие доводы и чужое мнение, чужая картина мира порушит твою, и люди немедленно несут кирпичики к подножию пошатнувшегося. Как правило, безуспешно, тогда они досадуют еще больше, у них начинают срабатывать защиты и вообще много интересного происходит.

С другой стороны – со стороны сторонников научного подхода – тоже происходит интересное, но не настолько, потому что они подкованы для диспутов значительно лучше, пытаются следовать их правилам, а кроме того, вооружены документированием, отчетами, публикациями, той самой статистикой (которая, даже с учетом подлогов, заказов и плохо поставленных экспериментов все-таки есть, а это уже кое-что по сравнению с полным ее отсутствием). И действуя на своей территории, они одерживают легкую победу.

Когда спор ведется на территории эзотериков, диспуты тоже накаленные, от них еще больше хочется сделать фейспалм, потому что эзотерики давят количеством и эмоциональностью, но очень часто совершенно не умеют хотя бы оценивать достоверность информации, и аргументация обычно ведется в стиле «одна баба сказала» и «мои наработанные и прокачанные каналы принесли мне весть». И никогда эти споры не приводили ни к чему, потому что аргументы «но я же нутром чую, что это так!» и «в моей жизни было целых два необъяснимых случая» в науке считаются ничтожными.

Не нужно смешивать эти две области. Вообще. Не будет единения миров, и это единение миров не нужно и, по-моему, вредно, потому что область веры и область научного подхода – разные.

Я не ученый и не материалист, как можно догадаться; я просто очень уважаю науку и научный метод, имею аналитический склад ума и люблю изучать разные области. Я могу показаться порой излишне критичной и скрупулезной, особенно когда говорю очередному верующему, что вспышки, которые он видит, — определенно не пришедшие к нему духи, а обычная оптическая иллюзия, в лучшем случае, а в худшем, при определенных условиях, может быть первым симптомом отслоения сетчатки (тьфу-тьфу-тьфу), но при этом «ненаучное», как легко догадаться, играет в моей жизни огромную роль, и мой опыт (отделенный от плацебо и отфильтрованный от выборочного внимания) говорит мне, что «это» не только существует, но работает из раза в раз и собранная мной статистика о себе подтверждает это; и поскольку в моей жизни этот опыт сыграл огромную роль, я не дожидаюсь, пока это научно разрешат. Кроме того, есть мой личный гнозис, также подтвержденный довольно ощутимыми результатами в жизни. При этом я понимаю, что с точки зрения профессионала другой области, все наоборот: у него есть другая статистика, куда я не попала, и ни я, ни подобные мне туда не попадут, потому что никто не понесет свой личный гнозис на лабораторный стол официальных исследований, в первую очередь, из нежелания привлекать внимание – просто из инстинкта самосохранения. Пока тебя официально нет, можно лавировать и быть незаметным для социума, быть неучтенным (и пусть оно так дальше и остается).

Поэтому у научного исследователя другой опыт и другая статистика. Сетуют также, что статьи и отчеты, на которых основываются научные доклады по этой теме, написаны не изнутри системы. Это как раз хорошо, потому что именно писанное изнутри системы чревато ошибками, потому что изнутри система всегда кажется хорошей и безошибочной. И при отсутствии стройной системы обучения, проверки результатов, супервизий и стандартов, массовые средние результаты всегда будут так себе, и в целом, я считаю, что имеющаяся у него статистика не лжива. Может быть, неполна, но не лжива. Да, многие дергаются: «Как же так, у нас было по-другому», ну так то у вас, а вы, видимо, давно во Вконтактике не были.

То, что мы делаем и чем живем, не научно в тех терминах, которые в науке приняты. И не будет научно. У нас есть некоторая статистика о собственных опытах, но она крайне мала даже в тех случаях, когда собирающий о себе эту статистику достаточно безжалостен к себе, чтобы не принимать покраснение ладоней за признак Дара (я была давненько на семинаре, где это преподносилось как факт). Да, я знаю, что то, что я делаю, — не допущение, не на уровне теории вероятности, но я собирала эту статистику для себя. И она – ничтожна, с научной точки зрения.

Вера действует иначе, нежели наука. Она не верифицируема научными методами, хотя бы потому, что инструмент – сам человек – всегда разный, и нельзя воспроизвести этот эксперимент, как нельзя на лабораторном столе создавать шедевры живописи один за другим разными людьми, даже одинаково технически подготовленными. А если учесть неподготовленность огромного количества людей, то и подавно нельзя.

В науке понятия чуда нет; в области веры – есть, и оно там не является чем-то из ряда вон выходящим.

Именно поэтому между учеными и верующими (а эзотериков можно, в принципе, назвать верующими) почти всегда были баттлы. Потому что верующий (ну ок, эзотерик) говорит, что его система — научная, а она не научная. Или что Таро древняя система, но вот откуда он это взял? Это область мифов, легенд, это на лабораторный стол не несут.

Наука не должна нас признавать, это будет неправильно и плохо для ее методов, а она результативна только, пока ее методы работают. Ну… поплывет там слишком многое из работающих методик. Как только туда будет добавлено что-то про то, что пощупать нельзя, но во что верит человек, — все, пропал калабуховский дом. Наука и вера должны быть в отдельных емкостях. Можно доставать их из емкостей для себя и в отдельном лабораторном стаканчике пробовать, пробовать, пробовать. Что-то с чем-то смешивать и смотреть, что получится.

Но при этом, работая с людьми, даже несмотря на то, что гадание – не психотерапевтический процесс, нужно помнить, что есть уже изученные процессы, которыми ох, не стоит пренебрегать. И что лезть со своими проекциями в вопрошающего – вредить ему, это все равно что не мыть руки перед операцией.

Однажды в беседе меня спросили, как отличить правильную картину мира от неправильной, и вместе с собеседником мы сформулировали следующее: правильной вообще – конечно, нет. Картина мира правильна для человека, если он в ней может двигаться, если он в ней может жить. Если меня запихнуть в картину мира ученого материалиста, я ее пойму, она логична и непротиворечива, но мне будет в ней паршиво и душно. Так же, как ему будет паршиво и мутно в моей. Картина мира не может быть правильной, потому что человек просто не успеет сверить все, что в ней есть, с реалиями мира, — жизнь слишком коротка, нет для этого времени. Он может лишь выбрать ту, в которой у него появляется ощущение движения, а не стояния мордой в стену.

Я не согласна с идеей, что человек в науке, который отмахивается от области веры, чего-то себя лишает и вообще бездуховен. Пока человек реализует себя, все у него духовно. Я вообще не очень себе представляю, что такое «духовное развитие», о котором так много говорится (и конечную цель которого вряд ли кто-то хорошо себе представляет, хотя многие претендуют на это), поэтому любая картина мира для человека хороша, и ничего он не теряет от того, что в ней нет области веры и духа, так же как высокодуховная дева ничего не теряет от того, что она не балерина.

Да, это модно – считать, что человек вот прямо взял и утратил связь с богами и золотой век из-за научного прогресса. Но, во-первых, я за компом сижу, что уже как-то обязывает смотреть в сторону науки с уважением. Во-вторых, я не склонна идеализировать человека и считать, что он когда-то был целостнее или лучше. Пересадка сердца, создание портативного аппарата, заменяющего сердце в ожидании операции, возможность отпечатать на принтере (!) кусок черепа, дав человеку возможность жить дальше, как-то перевешивает смутные представления о «хорошем» и «плохом» в духовном развитии. И оно никак не отменяет вашей возможности найти свой фетч.

Просто у каждого есть свой золотой запас, вопрос только в том, насколько человек в этом реализован и счастлив. И если он не счастлив, если ему душно и паршиво и жмет со всех со сторон, то убеждать себя в том, что сие есть его великие кармические уроки и ему нужно в этом быть, потому что это духовно, или что его личный гнозис ничтожен, потому что не доказан на лабораторном столе, — и есть то самое мракобесие, из чего бы оно ни произрастало и чем бы ни объяснялось. Но при этом не надо в простом искать сложного, и при переносе и контрпереносе в работе с вопрошающим полагать причиной великую духовную связь в прошлой жизни.

Психология – не наука о душе и не обязана ее признавать вместе с реинкарнацией, потому что наука имеет дело только с тем, что можно измерить. Не потому, что она такая бездуховная, а потому, что иначе она перестанет работать и быть эффективной. Психология не занимается связью человека с богом, богами или его духом, потому что в науке нет таких категорий вообще. Психология занимается психикой человека и коммуникацией человека с собой и внешним миром, адаптированностью человека к окружающей реальности, и т.д. Да и что такое душа, тоже большой вопрос. Вон, в сибирском шаманизме считается, что у человека семь душ, и после смерти все брызгают в разные стороны: одна на небо, другая – в Нижний мир (не за грехи, а потому что живет оно там), остальные тоже кто куда. Мой «личный непроверяемый гнозис» также сообщал мне что-то в этом роде. В других традициях – другие представления. При этом нужно учитывать, что это все – нечто, что было преломлено через человеческое ограниченное восприятие. Что изучать-то будем?

Не надо требовать от психологов, чтобы они признавали душу, потому что тогда в психологию влезут религиозные догматы, а люди в них сидели до фига сколько времени, и было как-то не очень. Оставьте психологию в покое, пусть она изучает, что помогает человеку, что мешает, хоть используя Таро как метафорические карты, хоть как, от нее польза есть. Ничего с инструментом не сделается, мир не рухнет, вселенная не схлопнется. Вера в то, что «великие божества Таро» или еще кто что-то этакое сделают ужасное на месте, — проекция собственных ожиданий на реальность (начнем с того, откуда люди вообще решили, что там кто-то сидит и мечет икру по такому ничтожному поводу, закончим тем, что Таро сами по себе – картинки на картонке, собственного сознания не имеющие и вайфай не раздающие, а работает, подключается или не подключается к чему-то только сам оператор, хоть с ними, хоть с луковой шелухой). Вмешательство же веры в область науки всегда, во все времена (и наше время – не исключение) немедленно приводило к попытке прогнуть имеющееся под желаемое, выгодное и собственные ожидания. Даже при имеющихся установленных научных процедурах это происходит сплошь и рядом, а если ими пренебречь, будет совсем кабздец.

Поэтому когда от науки требуют признания области веры и включения ее в науку, для меня это выглядит, как если бы на операцию на открытом сердце пришел кордебалет из маленьких лебедей и спросил: «Можно, мы тут станцуем?» Лучше не надо, несмотря на то, что в некоторых случаях (отнюдь не во всех, но все-таки!) кордебалет умеет танцевать и балет ценен как вид искусства: он, как бы, не очень уместен в операционной. Однако, учитывая общее пренебрежение всем, чем только можно, в рядах эзотерики (которые мутны примерно так же, как дикий психоанализ и психология постсоветского разлива на наших просторах) и подходу «если не подействовало, это ты плохо верил» (которым пытаются решить вообще все проблемы), кордебалет еще и танцует часто так себе.

Основная претензия сторонников научного подхода не в том, что эзотерики делают что-то, не подтвержденное отчетами и экспериментами, а в том, что, не изучив как следует какие-то необходимые процессы, они вмешиваются в эти процессы – часто безграмотно и безответственно. Да, тут же слышен чей-то голос «Я не такой!», но мы говорим об общей массе, а не об исключениях.

Работа того же гадателя, оракула не равна работе психолога. И это не делает ее бесполезной – это не длительная терапия, но у нее другие задачи. Изменение человека – действительно очень длительный процесс, он гораздо дольше, нежели гадание и разговор пусть даже в 2 часа; и разговор этот – не то же самое, что личная работа с терапевтом, они вообще про разное. Нет, не только получивший кучу образования человек может помочь другому, хотя куча образования вредной, на мой взгляд, еще никогда не была. Но все это ни разу не заменяет необходимости иметь знания о человеческой психике. Все это ни разу не значит, что можно не иметь представление о том, как работают в человеке разные процессы.

Перебирая в памяти тех практиков, которых я могу назвать адекватными (это не то же самое, что безошибочный, но все мы учимся всю жизнь), я отчетливо понимаю, что их область веры и их представления о духе/богах и пр. не отменяли образования. Они или получили его, или получают, или беспощадно самообучаются, именно поэтому они не говорят про то, что нужно остаться с человеком, который тебя бьет (вот и энергетика карт подтверждает!), потому что ты развиваешься и у тебя кармические уроки. Они могут сказать, что из любой ситуации можно взять что-то для развития и опыта, но это совсем, совсем другое и это не отменяет поиск путей выхода.

И да, успешные вполне «научные» специалисты повышали свою эффективность с помощью «ненаучных» методов, но это не отменяло их базы.

Магия — часть моей жизни, и наука – часть магии, и я не назову результаты моих магических действий в своей жизни «необъяснимыми» — для меня они как раз объяснимы. Но я не назову их и «научными», потому что они такими не являются. Как только наука начнет признавать «нематериальное», она поплывет, и я не смогу пользоваться ее выверенными результатами, а они мне нужны. В моей картине мира есть боги/старшие, есть представление о жизни духа и мой личный миф, который для меня столь же реален, как остальная реальность вокруг меня. Но в восторженной уверенности группы случайно набранных людей, внушаемых и эмоционально незрелых, которых повели в поход и посадили в круг и которые за счет эмоционального резонанса убедили себя, что сейчас им показали чудо, я заподозрю в первую очередь, внушаемость и, возможно, религиозную истерию. Хотя я знаю и противоположные случаи, да.

И даже зная, что результат работы был (а не само рассосалось, например), потому что из 10 раз у вас сработало 10 раз, вы можете говорить о «личном эксперименте», но не о научно подтвержденных данных. Научно подтвержденных данных у нас не будет, потому что для научного подтверждения должны быть выполнены определенные условия, невыполнимые в нашей сфере (в первую очередь, потому что инструмент, который должен быть один и тот же в разных экспериментах, будет разным, потому что у нас инструмент – не карты и не руны, и не тому подобное, а сам оператор).

С другой стороны, я не стремлюсь к тому, чтобы мой личный гнозис был признан научно доказанным и вообще признан: если бы я ждала, пока наука разрешит в результате экспериментов то, чем я живу и пользуюсь, качество моей жизни значительно снизилось бы (и я сейчас говорю не про деньги). Поэтому мой личный гнозис остается моим личным. Он не должен быть распространен по миру и принят каждым, кто мне лично нравится. Если речь идет о человеке, занятом наукой, так и не должен быть, у него другая картина мира вообще, и нет, он, вопреки общему заблуждению, ничего не потеряет от этого, если только не домысливать за него, что там для него лучше. А я привыкла полагать, что каждый сам для себя определяет, что именно ему лучше.

Другой человек не обязан принимать ваш личный гнозис на веру, особенно если весь его опыт говорит обратное, а также подсказывает, что результаты, о которых вы говорите, могут быть результатом выборочного внимания, совпадением, непонимания причинно-следственных связей, эффектом плацебо (а этого будет до фига, если практик не изучает свою психику очень дотошно и скрупулезно). Так же, как вы не обязаны соглашаться с ним и менять свое мировоззрение. Все, что вы друг другу обязаны, — не убивать друг друга из-за расхождения взглядов, на этот случай есть закон (нет, не законы Мироздания или Законы Вселенных, а обычный, уголовный). И – все.

И я склонна думать, что в работе – любой – нужно пользоваться не тем, во что больше веришь, а тем, что эффективнее.

Учитывайте, что вообще человек так мало живет, что не может стать профи во всем и разобраться во всем. Поэтому профессионализм любого – это вклад в общую кладовку человечества; и не нужно требовать, чтобы профессионал в какой-то области разделял ваши взгляды или был вам симпатичен; благодаря тому, что он зарылся в интересное ему, а другой человек – в другое интересное (как мы зарылись в интересное себе), мы можем воспользоваться его знаниями и знаниями других подобных людей. А требовать от них, еще чтобы они и «единоверцами» были – как-то чересчур.

 

(с) Зау Таргиски

 

 

Если Вы вышли на эту страницу из поисковика и не видите левый фрейм с меню, выйдите на главную страницу сайта.