Если меню слева не видно, выйдите на главную страницу

Тана, Ведающий кровь 

Много с той поры прошло лет, а может, веков. Но я расскажу, как это было.

Люди из долины пришли, как и всегда, к мосту, ведущему к его высокому каменному дому на холме, и остановились. Они молча ждали, что он потребует. Каждый раз они приходили сюда, чтобы узнать, что ему нужно.

И приносили ему это.

Почему приносили, спросите вы? Он соблюдал условия договора. Он давал погоду, хорошую для урожая. И в округе было спокойно, по лесам не шастали разбойники и дезертиры. Люди из долины отдавали ему то, что он приказывал, и жили в безопасности. Все – кроме тех, кого отдавали.
Они не знали и не хотели знать, что происходит с теми, кого отдают Тана, Ведающему Кровь. Те, кого он приказал привести к нему, никогда не возвращались.

В этот раз он потребовал, чтобы привели к нему Марику, красавицу-дочь одного из самых зажиточных жителей долины. И чтобы с ней были ее самые необходимые вещи – те, что уместятся в один узелок.

На закате она стояла перед его домом. Одна. Никто из жителей долины никогда не видел, как открываются двери его дома, чтобы поглотить того, кого он избрал. Никто не хотел этого видеть. А стеречь Марику не было потребности. Девушка бы не убежала – ей не было пути назад, ее бы привели обратно. А вздумай она бежать – догнали бы и все равно вернули. Поэтому она стояла и мерзла перед дверьми, потому что ночи уже стали холодны.

Он открыл двери, но не вышел к ней, а приказал ей переступить порог. Она сделала это.

Она мелко дрожала – от холода и от страха. Она знала, что ждет ее гибель – ее отпевание даже заказали в далекой церквушке, где служители не знали, что она еще не умерла. Для всех, кто знал ее прежде, она уже была мертва. Потому что это было неизбежно.

И поэтому она сжалась, когда его пальцы коснулись ее. Хотя они не были холодны.

- Сними одежду, – сказал он.

***

Прошло около полугода, а Марика все еще была жива. Почему, спросите вы? Она готовила и убирала, да и вообще выполняла всю работу.

Иногда он разговаривал с нею – и тогда Марика слушала про Огонь, про Мир-под-Миром, про древние-древние вырубленные прямо в скалах храмы, в которых почти все было сделано из серого камня, и в которых вместо алтаря были глубокие-глубокие, бездонные колодцы.

Иногда он требовал, чтобы она спустилась вниз, в комнату без окон. Там он привязывал ее к алтарю и жестоко овладевал ею.

Это неправда, что были у него длинные острые когти. Это неправда, что у него росли клыки. Ведающие Кровь выглядели как люди. Говорят, они были красивы, – ну что ж, это правда. ибо им это было вполне под силу.

У него не было ни клыков, ни когтей. Костяной заостренной палочкой он рассекал ее кожу, чтобы пить ее кровь.

И это неправда, что он не мог жить без крови. Ведающие Кровь не нуждались в ней, как в пище – они ели то же, что и люди. Кровь была лишь частью древнего ритуала, частью древней и жестокой традиции, частью древнего знания.

Если Марика что-то делала не так, он наказывал ее.

В конце концов, она была его рабыней.

И в конце концов ей это стало нравиться…

***

- Скажи, что будет со мной? – спросила она Тана, Ведающего Кровь.

- Ты знаешь, – безразлично ответил он, не оборачиваясь.

Она опустила голову. За то время, которое она провела здесь, ей стало казаться, что так будет всегда. Что всегда будет алтарь, всегда будет костяная палочка, всегда будут его рассказы, его руки, его взгляд и голос.

Она просто не представляла, как это будет. Она приняла все, она приняла его, она больше не вздрагивала под его пальцами, она выполняла все приказания. Он требовал – она отдавала. У нее не было своих желаний, своей воли, своих стремлений и мыслей. Она стала мягкой и послушной, как тряпичная кукла.И зная о том, что смерть неизбежна, она смирилась с мыслью об этом. Тана, Ведающий Кровь, был ее полновластным господином, хозяином ее тела и ее души.

***

Тана, Ведающий Кровь, молча сидел и смотрел на спящую Марику. Она спала в своей комнатушке, но стены не были преградой. Он ее видел.

Сплетя пальцы, он думал о судьбе Марики.

Он видел такое не в первый, да и не в последний раз. Так происходило всегда, когда ему приводили тех, кого он избрал. Многими, многими нитями он проникал в них, вытягивая из них жизнь, помыслы, желания, волю. Но он ни разу не встречал того, кто бы мог и хотел бы противиться ему.

Он задумчиво сплетал и расплетал пальцы. Он пытался понять, что же надо сделать, чтобы встретить равного себе и при этом не оказаться в смертельной опасности.

Он думал об обычном ходе событий, и о том, что и в этот раз все будет по-прежнему. Марики не станет, на смену ей придет другая жертва, и она также будет умерщвлена. И снова. И снова.

Тана, Ведающий Кровь, ведал смерть. Но если бы он мог, он бы подарил Марике свободу. Но он не мог подарить ей этого, потому что ее душа не знала свободы и до того, как он избрал ее.

Он мог подарить ей смерть, но не мог подарить ей жизнь. Потому что в ней не было жизни. В Марике не было Марики. В ней было отражение Тана. Она уже стала частью Тана.

Вы спросите, испытывал ли он к ней жалость? Нет. Ведающие кровь не знали, что такое жалость. Выиграть свою жизнь, свою силу и свою душу у Ведающего Кровь можно было только в смертельной схватке. Но люди редко выигрывали в ней. Нередко Ведающие Кровь схватывались и друг с другом – за силу и души другого, за его жизнь. Побеждал сильнейший.

Это неправда, что Ведающие Кровь были бессмертны.

Они просто могли родиться вновь… и вспомнить себя.

***

Марика не знала, когда она умрет. Он никогда не предупреждал об этом тех, кого приносил себе в жертву. Он снова позвал ее вниз. Привязал к алтарю.

Когда она дошла до пика – а она дошла до него – он быстрым и верным движением перерезал ей горло.

Ее душа рванулась прочь. Долю секунды он колебался. Он мог дать ей свободу сейчас, мог отпустить ее. Долю секунды решалась судьба Марики. Он вновь увидел нити, соединявшие ее с ним. Те нити, которых она желала, которым с радостью и сладким замиранием сердца подчинялась, те нити, которые протянул ей он, но которые приняла она, привязала к себе.

И он удержал ее душу, притянул в себя и не дал ей свободы.

Зачем свобода рабу?

***

Он вышел на крышу дома и поднял глаза к голубому небу.

Это неправда, что Ведающие Кровь боялись солнца.

Но это правда, что погибший от Ведающего Кровь становился таким же. Нет, тело его умирало. Но его душа и его сила уже принадлежали тому, кто убил его, и становились его частью. Марика стала частью Тана, Ведающего Кровь.

- Смотри, – сказал он Марике, – Смотри! Теперь ты будешь видеть это лишь моими глазами.

Душа Марики метнулась где-то на дне души Тана, Ведающего Кровь.

- Ты говоришь, что это несправедливо? Почему же… ты ведь желала этого. Ты отдала мне свою душу задолго до того, как умерла. Это был твой выбор. Я лишь выполнил его. Когда-нибудь ты уйдешь оттуда, из моего колодца, – но не раньше, чем умру я.

Он захлопнул створки колодца и снова стал смотреть на голубое, почти безоблачное небо. Один.

(с) Зау Таргиски, 2002

 

Если Вы вышли на эту страницу из поисковика и не видите левый фрейм с меню, выйдите на главную страницу сайта.