Если меню слева не видно, выйдите на главную страницу

Сказка о Тайле, потерявшей себя

У людей много историй о том, как кто-то продал свою душу, пойдя во тьму. Ну что ж, тогда слушайте сказку о Тайле, о Тайле с темного Быстроводья.

Давно это было. Года, а может, века, назад. Но я расскажу, как это было.

Тайла была молода, и пришла она от людей не так давно, но она помнила себя, она отбросила человеческую оболочку духа, и жила на Быстроводье.

Но вот ей стало казаться, что ее жизнь мрачна. Что есть что-то, чего она не изведала. Что ее жизнь неправильна, и что люди более счастливы.

И однажды она увидела человека, молодого мужчину, оплакивавшего свою жену. Он убивался от горя, не отходя от ее могилы ни днем, ни ночью. Соседи приносили ему поесть и попить, но тщетно пытались увести его оттуда. И Тайла смотрела на него издали, смотрела на него, укрывшись, чтобы он не заметил ее. И она была в смятении, ибо ей было странно то, что испытывал тот человек, ибо она не знала такого. А если и знала когда-то, то давно забыла, и другие заботы заполнили ее сердце. И ей захотелось узнать, как же это - быть человеком.

Тот человек убивался из-за того, что потерял свое человеческое счастье. И Тайла потеряла покой: она захотела понять, что же это - человеческое счастье. Какое оно? Может, это именно то, чего не хватает ей в ее жизни, в ее стремлениях, в ее пути?

И она оставила того, кто был ее парой, и пришла к дому того человека, она спустилась к его дому. Она спустилась ночью, чтобы никто не видел, откуда она пришла, и, петляя, кружа, путая следы, утром она была уже у его дома.

Он открыл дверь и увидел ее. Она была хороша собой, но он был убит горем, он был подавлен горем, и почти не заметил, что она хороша. Но она была настойчива, и спросила, не нужна ли ему работница. Она сказала, что зовут ее Дебора, что она ищет работу, что ушла из дому искать работы и лучшей доли, и подумала, что ему может быть нужна помощница по дому. Он согласился, и она осталась с ним.

И Тайла-Дебора осталась с ним, и жила с ним, и жила с ним несколько лет. Нет ничего удивительного в том, что через некоторое время их стало трое. Он женился на ней, он обвенчался с ней. И она стала его женой, и растила его ребенка.

Как они жили, спросите вы? Они жили неплохо. Совсем неплохо. Оба умели работать, оба любили работать, и они не бедствовали. Дебора-Тайла была хорошей женой, она была мягкой, она умела слушать, она умела сказать нужное слово, она пестовала свою семью.

И муж ее был человеком хорошим, любящим и нежным. Он любил Дебору и любил свою семью. Он радовался тому, что в доме царил мир, покой, достаток и радость. Они смеялись, они шутили. Они проводили все время друг с другом.

И Деборе стало казаться, что так оно всегда и было. И что только так и можно жить. Что она всегда так жила, что она всегда шла к этому дому, к этому человеку, к этому ребенку.

К тому же еще через год их стало четверо.

Правда, однажды ее мужу приснился странный сон: он стоял в пещере, и из ее лабиринтов вышел к нему молодой человек, и просил его. И просьба его была странной. "Откажись от нее!" - просил он, - "Откажись от нее, ведь ты губишь ее - и сам не знаешь того. Ты убиваешь ее без пользы, без смысла!"

Но муж Деборы не придавал значения своим снам. И Дебора по-прежнему жила с ним.

И она жила с ним долго. Когда она вспоминала что-то о себе, она тут же забывала это, и снова медленно и приятно текло бытие. Смеялись дети, ссорились дети, мычала корова, телилась корова, наливался колос и надо было идти жать.

И вот однажды, когда она стояла перед зеркалом и расчесывала свои густые каштановые волосы, она увидела себя в зеркале. Но не себя-Дебору, а себя-Тайлу. И подкосились ноги Деборы.

- Ты, забывшая себя! - сказала ей Тайла, - Ты, потерявшая душу!
- Сгинь, - прошептала Дебора, - Сгинь-пропади! Нет тебя!

И усмехнулась Тайла, и отступила вглубь зеркала. И Дебора вздохнула облегченно.

Но в тот же миг ринулась вперед Тайла, ринулась через ткань зеркальной глади, и разлетелось осколками зеркало, и Тайла стояла над Деборой, Тайла стояла над Тайлой, и занесла руку для удара:

- Я есть! Это тебя - нет!

И она ударила, Тайла ударила. И не стало Деборы. Вместо нее глаза открыла Тайла.

Вы спросите, что же было дальше? Вы спросите, ушла ли Тайла от мужа, бросила ли детей? Нет, не ушла. Она уже не могла уйти. И в этом нет ничего удивительного. Она привязала себя к ним тысячью нитей, она опутала себя с ног до головы, как паук опутывает муху. И она не могла их бросить. Она вплела в эту жизнь половину себя, и не могла уйти от себя. Но ее мужу не нужна была Тайла с Быстроводья, ему нужна была Дебора, человек-Дебора, воспитывающая детей, Дебора, срезающая колос пшеницы серпом, Дебора, доящая корову, смеющаяся с ним Дебора, радующаяся человеческому счастью Дебора. Ему не нужна была Тайла, ходящая по чужим снам и душам. Ему не нужна была Тайла, крадущая чужие сны и чужие души.

Только ли Дебора-Тайла привязала себя тысячью нитей, спросите вы? Нет, и он привязал ее к себе, тоже привязал тысячью нитей. Он творил из нее человека, и Дебора творила человека из себя. Из Тайлы она творила человека.

Что же в этом плохого, спросите вы? Разве плохо быть человеком? А я отвечу: прикажите рыбе стать птицей, прикажите волку стать медведем, и вы поймете это. Хорошо ли волку быть медведем? Хорошо ли рыбе быть птицей? Долго ли пробегает волк на медвежьих лапах? Долго ли проживет без воды рыба?

Очнулась Тайла, проснулась Тайла с тоской в сердце, и поняла, что оказалась в клетке. И что клетка эта принадлежит не своему, не ведающему кровь, победившему ее в Охоте, а человеку. Что человек, сам того не ведая, отнял ее душу, забрал ее душу, посадил ее в клетку, привязал ее к себе тысячью нитей.

Ибо он дал ей счастье. Он дал ей то счастье, которого она искала. Человеческое счастье, которое она искала.

И взвыла Тайла-Дебора от тоски, взвыла от боли. Рванулась она - но не пустили две тысячи нитей, три тысячи нитей. Не могла она уйти от мужа, не могла уйти от детей. Звали ее свои, звал ее тот, кто был ее парой. Звали ее те, чья жизнь показалась ей тогда ужасной и мрачной, те, от чьей жизни она бежала. И билась Тайла, как рыба, вытащенная на песок, и пыталась добраться до воды, и огнем горела кожа души, и некому было помочь. Ибо не мог понять ее муж, что творится с ней, и лишь призывал ее к счастью, к спокойствию, к радостному существованию на свету. А кожа Тайлы горела, кожа души Тайлы горела, ей нужна была тень, ей нужны были сумерки, ей нужна была ночь души, чтобы отдохнуть. И не могла она ни уйти, ни остаться.

И повесилась Тайла в доме своего мужа. Повесилась потерявшая свою душу. Повесилась та, чью душу забрал человек. Повесилась та, что отдала свою душу. Повесилась та, что отдала свою душу за чужое счастье, за не свое счастье.

И говорят, с тех пор ходит Тайла за своим мужем из жизни в жизнь. И все пытается уйти от палящих лучей человеческой жизни. Нет, не боится Тайла солнечных лучей, ибо не боятся стрегои солнца. Но жизнь в вечном свете сжигает их, и сжигает она Тайлу. И помнит она себя, и пытается порвать нити, и не может. И смотрит на близкого ей человека, и спрашивает: "Что со мной? Почему я здесь? Зачем я пришла к нему?"

И никто не ведает, чем кончилась эта сказка, и ушла ли Тайла, и смогла ли отдохнуть. И мы не будем домысливать конец, ибо эта сказка была всего лишь о том, как, полетев на чужой свет, продала свою душу Тайла, Тайла с темного Быстроводья.

(с) Зау Таргиски

 

 

Если Вы вышли на эту страницу из поисковика и не видите левый фрейм с меню, выйдите на главную страницу сайта.