Если меню слева не видно, выйдите на главную страницу

О Заетере

Он сидел и не знал, как начать рассказ. Он запускал пальцы в волосы и страдальчески морщился, как от головной боли. Напротив него сидела Ведьма и не сводила с него взгляда:

- Так за что тебе вынесли приговор?

Он закрыл глаза. Это было давно, очень давно. Так давно, что он уже потерял счет жизням, прошедшим с тех пор.

- Это было не здесь, понимаешь? Не на Земле. 
- Ты говорил, что вас создали здесь...
- Здесь создали земную форму - форму тела и форму души... В нее можно было вселить дух. Но ТАМ мы иначе выглядели, понимаешь?...
- Понимаю, не отвлекайся.

***

Он стоял в небольшом помещении, сжимая в руке (руке?) тонкую удавку. Справа от него, на специальном жертвеннике, был накрепко привязан его враг. Тот, кто был его врагом. Тот, кого он, Заетер, считал своим врагом.

- Ты все равно не одолеешь меня, - усмехнулся тот.

- Посмотрим, - мрачно пообещал Заетер и накинул удавку на шею врага...

***

- А как же Закон? - спросила Ведьма из своего кресла, - Что он гласил насчет убийства себе подобного?

- Можно было объявить войну и Начало Охоты, и это разрешалось Законом, - мрачно отозвался Заетер из того угла, в котором он сидел.

- Ты объявил Начало охоты?

- Нет...

***

Он не объявил Начало Охоты. В честном бою у него не было шансов, и он об этом знал.

Но даже в игре не по правилам ему не удалось одолеть противника. Убить - да, но не победить. Тот был действительно сильнее, и не зря он раньше постоянно поддевал Заетера. Его душа просто улизнула, не давшись в руки (руки?) своего врага. Противник ушел, презрительно фыркнув в лицо того, кто убивал его. Ушел в Бездну по своему выбору и желанию, чтобы вернуться тогда, когда сочтет нужным, не раньше и не позже.

Заетер не мог этого. Он был еще молод, и ему в этом помогал наставник.

Через день (если дни вообще были там) за ним пришли.

О том, что он сделал, не знал никто, кроме его рабыни - одной из тех многочисленных, кого приводили из долины, - которая во время убийства сидела, забившись в уголок. Она боялась Заетера до смерти, но она также боялась их всех. И куда больше, чем Заетер, ее пугали Старшие. Наставнику, Старшему по Крови, достаточно было чуть на нее надавить, и она рассказала все. Да и не было ей смысла молчать...

Заетер знал, что так будет. Он просто сидел и ждал. Его в тот момент не волновало его будущее, его волновали только победа или поражение. Более ничего не имело для него значения.

Он помнил как пришли за ним, как наставник спокойно и жестко, будто гвозди забивал, объяснял ему что-то. Сидя в доме Ведьмы, в углу, Заетер слышал родное наречие, приятное для языка, и наслаждался его звучанием, - он не имел возможноости слышать его на протяжении многих веков...

Он слушал, он впитывал звуки родного языка, но сердце все равно ныло, потому что разум отказывался принять очевидное.

***

- Что было дальше? - раздался голос Ведьмы.

***

Дальше пришли странные золотистые существа - небольшого роста, с большими вытянутыми головами. И к этому он не был готов. Он думал, что судить его будут свои, что его ждет Бездна, - а Бездны он не боялся. Максимум, чего он ждал, - так это того, что его, проводив туда, очень нескоро выпустят обратно.

Вместо этого наставник позвал Судей, и Заетер понял, что все гораздо серьезнее. Посланника, который объявлял ему, в чем его обвиняют, он попытался схватить от ярости когтями за то, что было у того лицом, но посланник, видимо, к этому привык. А может, и лица у него не было - одна видимость?

Заетер в бешенстве оглянулся на своих - наставник смотрел на него спокойно. И это было хуже всего. Так спокойно смотрят те, кто уже все решил.

Судьи были неумолимы. Правда, он, гордый, никогда бы не опустился до мольб или просьб о помощи. Он был молод, он знал, что - как это сейчас называют? - а, вот: "облажался". Он знал, что потерпел поражение и презирал себя за него, но еще больше он бы презирал себя, если бы не был готов принять свою судьбу с поднятой головой.

***

Его вели по длинному коридору. Он назвал это коридором, хотя на самом деле никак не мог понять, что это, и как из черноты он попадает в этот туннель, неизвестно к чему прикрученный и приверченный, который вообще непонятно на чем держался.

Вот помещение. Золотистое, как и те, кто был перед ним. Совсем невысокие существа, золотистые Судьи.

Но там не было суда. Там был зачитан приговор - очень и очень краткий. Все решалось без участия приговоренного. Его приводили лишь затем, чтобы зачитать ему то, что теперь для него - неизбежность.

Заетер был приговорен к далекой ссылке. За ним будут наблюдать, пообещали ему. В случае, если ссылка не будет для него результативной, он приговаривался к казни на Колесе.

Заетер попытался вздохнуть - и не смог.

Бездна... Что такое Бездна? Оттуда тоже возвращаются. По крайней мере, народ Заетера возвращался.

Колесо же...

На самом деле оно не было колесом. Трудно вообще было сказать, какая у него форма. На нем казнили исключительно тех, кто был неисправим. Кто остановился навсегда. На нем казнили худших из худших.

Потому что Колесо означало, что тот, кого казнят, перестает существовать.

Вообще.

И в Бездне есть жизнь. И в смерти есть жизнь. После Колеса же не существовало ничего, потому что уничтожался дух.

Заетер выслушал приговор молча. Он если бы и хотел, не смог бы ничего сказать. Он очень надеялся, что ему удалось держаться достойно.

***

- Потом что было? - неумолимо спросила Ведьма.

***

Он стоит и смотрит на черноволосую девушку, которая рыдает перед ним. Она плачет и просит, чтобы он пошел и посмотрел сам на что-то...

***

- Кто она? - вдруг спросила Ведьма.
- Рабыня, - безразлично отозвался Заетер.
- Любишь ты рабов заводить.
- Это удобно...

***

Она плачет и плачет, она испугана и боится, что он накажет ее. Он направился к дальней комнате, открыл дверь и спустился по ступеням в подвал.

Тело его врага, убивать которого он собирался долго и мучительно, уже начало разлагаться. Как произошло это? В чем он допустил просчет? Как получилось так, что душа его противника ускользнула? Тот ушел по собственному желанию, в час, который посчитал нужным, не имея возможности при этом пошевелить ни рукой, ни ногой.

Рабыня рыдает, сползя по стенке на пол, и закрывается руками, боясь, что он ударит ее.

- Я не виновата! Не винов-а-аата!! Не убивай меня!

Тана взял ее за лицо и посмотрел на столб, в который был вбит железный крюк.

***

- Ты убил ее? - спросила Ведьма.
- Да, - мрачно отозвался Заетер.
- Зачем?
- Она облегчила смерть моему врагу.
- Ты же видел, что она невиновна... Так зачем ты ее убил?
- Низачем...
- ЗАЧЕМ? - повторила Ведьма.

Он помолчал. Потом вздохнул и признался:

- Она видела, как я потерпел поражение. Она это видела. До этого я был для нее богом и царем, всемогущим... Я не хотел, чтобы были свидетели моего поражения.

- Ты не хотел, чтобы жил свидетель твоей слабости...

- Да, - сказал он тихо.

Ведьма хмыкнула.

- Не надо, не ругайся - еще тише попросил Заетер, - Понимать, что ты всегда был идиотом, и им же и остался, и так достаточно неприятно.

И он запустил пальцы в свои длинные волосы...

Он снова слышал голос своего наставника, он видел наставника, который объяснял ему что-то... Что-то, что ложилось в душу, но что он не мог никак перевести. Он понимал, что ошибся, что понял что-то не так, что с ним что-то не так, ему это объясняют сейчас, и он мучительно вслушивался в голос своего наставника и Старшего по Крови. Того, чье слово было для Заетера Законом.

И вдруг он скорее почувствовал, чем увидел, что наставник, оставив его в покое, говорит что-то Ведьме. Та настороженно прислушалась:

- Мне кажется, что обращаются ко мне.
- Я даже знаю, кто, - покаянно отозвался Заетер из своего угла.
- Подожди... Он сказал: "Скажи ему, что он принял внешнее за внутреннее". Он просил мне сказать тебе это. Ты знаешь, о чем он говорит?
- Знаю... Он говорит...

Наставник говорил. Он действительно говорил, и его одновременно слышали и Ведьма, и Заетер:

- Ты принял внешнее за внутреннее. Ты убиваешь без смысла. 
- А в чем смысл? - спросила Ведьма у Заетера.

И наставник продолжал:
- Мы можем убить, и мы убиваем - но лишь когда Тартар потребует этого. Там, где ты сейчас, это называют Тартаром. Он должен ПОТРЕБОВАТЬ, Заетер, ты слышишь? В этом должна быть необходимость, а не личное твое желание! Ты подменяешь Тартар собой, Заетер. Но ты - не Тартар. Ты претендуешь на слишком многое - ты не можешь быть Тартаром. Ты убиваешь для того, чтобы количеством жертв возвыситься. Как говорят там, где ты сейчас? Это не спорт, Заетер! Ты слышишь меня? Ты - всего лишь проводник. Мы - проводники. Мы - не Тартар! Мы можем проводить в Тартар, если Тартар требует того. Но ты же приносишь жертву не Тартару. Ты приносишь жертву СЕБЕ!

Он замолчал.
- Я понял, - тихо сказал Заетер. - Я все понял. Я сделаю так, как ты говоришь.

Они сидели некоторое время в полумраке. 
- Так значит, твой народ знает цену жизни, - сказала Ведьма, - Хотя из твоих рассказов следовало иное.

Заетер молча кивнул, сплетая и расплетая пальцы.

- Он сказал, что я подменяю Тартар собой.
- И еще он сказал, - продолжила Ведьма, - что птица, съев плод, просто относит его зерна тем самым на другое место, где плод снова прорастет...

Они молчали... Заетер продолжал медленно в мучительных раздумьях сплетать и расплетать пальцы, - он слышал, что наставник еще здесь...

- Кстати, - вдруг спросила Ведьма, - А как зовут твоего начальника?
- Которого?
- Ну того, который так задумчиво не кладет трубку?

Заетер фыркнул - уже веселее. Наставник смотрел на него, и он чувствовал его взгляд. 
- Ты хочешь что-то спросить? - услышал он в своих мыслях его голос.
- Да... я хочу спросить... - Заетер набрался духу, - скажи, я, что, совсем безнадежный идиот?

В ответ пришло то, что у наставника было улыбкой.
- Нет, ты не идиот. Ты просто еще очень молод...

И наставник "дал отбой".

Ведьма смотрела на Заетера. Глаза у него были - счастливые...

(с) Зау Таргиски

 

Если Вы вышли на эту страницу из поисковика и не видите левый фрейм с меню, выйдите на главную страницу сайта.